ГлавнаяПроизведенияРоманы → Восточный роман
Восточный роман
— Слушай, судья, — сказал он. — Меня непросто полюбить, потому что люди тоже не дураки, они чувствуют то, от чего ты который раз брезгливо кривишь рот. Я не прекрасный демон, сама знаешь. Но… суть не в этом. Мы не только демоны, мы люди еще. И у меня человеческая сущность главенствует. Мне не очень-то хочется быть ночным кошмаром, понимаешь.
Многие века кланы нечистой силы живут рядом с людьми, стараясь не вмешивать их в свои дела. Однако каждому сообществу нужен свой судья. Непредвзятый, неподкупный, неспособный пожалеть. Да, вы угадали, самый обычный смертный, которому вдруг открывается огромный мир сверхъествественного.

На этот раз судьей быть уготовано русской студентке Нине. На ее плечах лежит непростая задача — разобраться во всех делах корейских, китайских и японских кланов и не допустить войны. Как она разберется с этой задачей и сумеет ли разделить долг и чувства?
Смотрите буктрейлер на Youtube.
Монтаж видео: Галина Бойко и Даниил Домащенко.
Купите это произведение
или в московских книжных:

  • «Библио-Глобус», ул. Мясницкая, 6/3, стр. 1
  • книжный «Москва», ул. Тверская, 8, стр. 1
  • МДК «Арбат», Новый Арбат, 8 — и др.
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Лето подходило к концу, и на Москву неумолимо опускалась осень. Это означало сразу несколько вещей. Во-первых, начинался последний год в магистратуре, и дальше мне предстояло уходить в свободное плавание. Был вариант остаться в аспирантуре и написать никому не нужную диссертацию, но, если честно, не хотелось. И так уже хлебнула лишку с этим корееведением.

На табло наконец-то поменялся статус нужного рейса, и я подмигнула Маринке: мол, как договаривались. Ты рассказываешь о красотах города, я слежу, чтобы ни один студент по обмену не отбился от группы. А уж если есть симпатичные, то пусть смерть рассудит нас. Маринка мотнула головой и снова уставилась в телефон. Универсальный жест «отстань, не до тебя сейчас». Я вздохнула, засекла время и пошла за кофе. Затормозила, не зная, что выбрать, потом махнула рукой и зашла в первую попавшуюся кафешку. Около аэроэкспресса имелся «Старбакс», и мне как раз не хватало одной звездочки до бесплатного напитка, но это же пока дойдешь… А бойкие корейцы могли успеть просочиться, с этим багажом никогда не знаешь, вовремя он приедет, раньше, позже, не приедет вообще. Я хмыкнула, сделала глоток из стаканчика и стала вглядываться в толпу, шедшую по зеленому коридору.

— Да кого ты там высматриваешь? Ким Чжечжуна? — насмешливо протянула Маринка, и я не отказала себе в удовольствии заехать ей в бок локтем.

— Ай! Ну еще скажи, ты не из-за него на факультет пошла.

Я помотала головой и с деланой обидой отвернулась.

— Между прочим, — сказала Маринка, наконец-то убирая телефон в сумку, — у нас есть некто Ким Чжаён, если верить списку. Вдруг красавчик? А ты дальше играй в молчанку, отличный способ знакомиться с людьми.

— Марин, слушай, мы же договорились, я произвожу впечатление эффектного тупого овоща, а ты общаешься. Всех корейских двадцатилеток оставляю тебе.

Маринка фыркнула и достала из сумочки зеркало:

— Да перестань вообще. На наш век русских ребят не осталось, пора это признать. Вон Машка за шведа выходит, Женька из Австралии никак не вернется. Не повезло нам, Нин. Но с твоей стороны я вижу только упадничество.

Мимо пробежала группка русских туристов, возвращавшихся из Турции, и я со вздохом признала Маринкину правоту. Но не с двадцатилетними же по этому поводу встречаться, в самом деле. Возраст не тот, четверть века на носу.

— И смотри сюда, овощ, Чжаёну как раз аккурат двадцать два вчера исполнилось. Не такая уж и большая разница.

— Да что ты на этом Чжаёне зациклилась? — Легкое волнение Маринки передалось по воздуху, настала моя очередь лезть в сумочку за зеркалом. — Больше ребят нет?

— С красивыми именами — зеро.

Я рассмеялась и открыла пудреницу. В этом была вся Маринка, нелогичная, веселая, пробивная. Идеально подходила моей привычке отсидеться за чьей-нибудь спиной.

Зеркало на этот раз даже не говорило особенных гадостей. Наверное, смилостивилось, нельзя же сразу падать в грязь лицом.

— Так. На исходную, должны выйти уже. — Маринка достала табличку и бодро направилась в зону встречающих.

Я, даром что выше, едва за ней угналась. Вчиталась в слова и расшибла лицо фейспалмом.

— Ты как универ написала?

Маринка перечитала творение рук своих, ойкнула и растерянно уставилась на меня. Ну да, пробиваться — это к ней. А вот устранять последствия в виде поломанных кирпичных стен — обычно моя прерогатива.

— Может, ручкой исправим?
Я бросила взгляд на очередную группу прилетевших, размышляя над предложением. Помотала головой:

— Сама знаешь их менталитет. Кто курсач писал про особенности, Пушкин? Давай лучше вообще без таблички. Увидим группу…

Закончить я не успела. По проходу грохотали чемоданами самых разных расцветок человек восемь корейцев. Судя по коротким юбкам, модным кедам (корееведы мы или где!) и общему виду шестнадцатилетних школьников, контингент был наш.

— Вперед! — прошипела я, надевая на лицо широкую улыбку и выдирая у Маринки неудавшийся плакат.

Маринка подлетела к шедшему первым парню (высоченному даже по нашим меркам) и затараторила с невыносимой скоростью. Вот что стажировки животворящие делают.

Изображая красивый тупой овощ, я вслушалась в разговор. Дети были наши, все без исключения, главным в группе и правда оказался Ким Чжаён (умеет же Маринка выхватывать нужную информацию), они вовсе не устали, все счастливы познакомиться, а вот еще если прямо сейчас сделать селку, корейский аналог селфи, так вообще будет замечательно.

Позади наших корейцев уже начала скапливаться небольшая пробка из рассерженных американцев. Пробормотав себе под нос: «Разделяй и властвуй», — я шмыгнула к концу очереди и — наиболее простыми выражениями — попросила девчонок на выход. Маринка, кажется, подхватила мое начинание, в результате корейцев мы увели на безопасное расстояние, отбили у таксистов, а на грубое замечание одного из американцев я проорала вслед что-то, в свою очередь, не вполне вежливое. Чжаён уставился на меня слегка шокированно, я пожала плечами и отправилась расставлять миленьких кореянок подальше от туристических троп. Сначала нужно было объяснить, что мы сейчас делаем, куда едем, как держимся в городе и вообще.

Пока Маринка экспрессивно размахивала руками, я украдкой бросила взгляд на Чжаёна. Красавчик, ничего не скажешь: высоченный, наверное, за сто восемьдесят, длинноногий, глаза жгучие… Вполне во вкусе Маринки. Я покачала головой. Оставшиеся двое ребят подобных эмоций не вызывали даже близко, стандартные, как везде, а этому — хоть в модельное агентство или айдолы, состоять в суперпопулярной группе и сводить девчонок по всему миру с ума. Нет, зачем-то изучает Россию. Тоже мне, умник нашелся.

Я вспомнила, как нечто подобное высказывала мне сама Маринка, и прыснула в кулак. Тогда, на втором курсе, мы с ней друг друга недолюбливали, подружились значительно позже. И слава богу — со своей привычкой сидеть в тени я довольно долго не могла найти никого близкого. Родители остались во Владивостоке, школьные друзья разъехались кто куда, да и Москву сложно было назвать гостеприимным городом. Пускай у меня и имелась собственная крошечная квартирка на окраине, а родители исправно присылали деньги.

— Что с общежитием? — спросили по-корейски, и я отвлеклась от мыслей.

Реплика принадлежала Чжаёну, а Маринка суетилась где-то у другого конца нашей стройной линии с огромными чемоданами.

Я пожала плечами. Нет, говорила я по-корейски отлично, все-таки и сама на стажировки каталась, да и поначалу была здорово увлечена идеей выучить язык и выйти замуж если не за айдола, то за красивого корейского парня. Самая лучшая мотивация для нарабатывания вокабуляра. Но сейчас лезть на рожон мне не хотелось. Схватят, припашут, и вот ты уже активист, гордость магистратуры и обязана ехать встречать студентов по обмену. Кстати, к вопросу о том, куда приводят мечты.

Чжаён повторил вопрос помедленнее. Я отчаянно посмотрела на Маринку. Так и есть, мастерство одновременной селки с пятью участниками. А ввязываться в разговор с Чжаёном было никак нельзя. Я сделала лицо попроще (в моем понимании — это разгладить все морщинки и умиротворенно похлопать глазами) и пролопотала, старательно подделывая акцент под русский:

— Не знаю, вот сейчас Марина все расскажет. Я тут больше за… компанию.
Чжаён нахмурился и вытащил из кармана джинсов огромный телефон. Конечно, родной «Самсунг», зачем поддерживать другие компании. Ответом он меня не удостоил, и я отошла на два шага в сторону, немного задетая. Если я говорю по-корейски так себе, можно и не общаться? Ужасные все-таки снобы.

Но своей цели я все-таки добилась. Маринка наконец объяснилась, удовлетворенно щелкнула своим телефоном (наверняка успела все пять селок запостить с другого ракурса, звезда наша) и командным голосом велела следовать за ней. Я с облегчением засеменила сзади. До аэроэкспресса еще дойти надо было, а с размерами этих чемоданов… В общем, быстро не получалось.

Пересчитала макушки (расцветки от блонда через розовый до иссиня-черного), вздохнула. Чжаён довольно ловко обогнал всех и пошел рядом с Маринкой, о чем-то ее расспрашивая. Маринка раза два оглянулась на меня (такое впечатление, рукой помахать хотела), покачала головой и стала ему что-то втолковывать. Надо бы узнать, кем прикидываться впоследствии, а то наплетет, знаю я ее, придется про синдром Аспергера гуглить.

Больше проблем никаких не возникло, под щелчки воображаемых затворов на вполне реальных телефонах мы добрались до Москвы, пересели на метро и довольно быстро оказались, собственно, у общежития. Тут усталость, видимо, взяла вверх, девчонки сразу взялись распаковываться, ребята запрыгнули на кровати, а Маринка принялась звонить нашему замдекана.

Я стояла в коридоре и думала, что сейчас скучно поеду в свою скучную квартиру, и никто не скрасит мне остатки дня. Да что там, в общем, и остатки жизни тоже. Все девчонки с курса давным-давно определились с планами. Если они не включали в себя симпатичного шведа или улетного австралийца, то обязательно — какую-нибудь неплохую компанию с какой-нибудь неплохой зарплатой. Работать в офисе я никогда не стремилась, неплохая зарплата требовала неплохих усилий, надо понимать; подтягивать двоечников мне казалось скучным. В общем, хотелось, чтобы явился кто-нибудь и рассказал, как жить дальше и не чувствовать себя при этом насквозь потерянной.

В коридоре появилась Маринка.

— Все? — одними губами поинтересовалась я.

Она пожала плечами в ответ и снова нервно унеслась. Я подавила вздох. Чего доброго, кому-нибудь что-нибудь понадобится…

— Почему ты со мной не говоришь? — спросил невесть откуда нарисовавшийся Чжаён, и я почти что подпрыгнула.

В сером, хоть и неплохо отремонтированном коридоре с небольшими комнатками по правую и по левую руку он смотрелся так же чуждо, как какая-нибудь «Ламборгини» на заводе Автоваза. Кроме того, наглел и хамил. Тоже мне, двадцать два, а уже без обращения по старшинству. Придурок мелкий.

— Корейский. Плохо очень, — издевательски выдала я.

С другого конца коридора летела Маринка, а значит, я была спасена.

— Неправда, — обиженно заявил было Чжаён, но я уже раскланивалась и махала рукой девчонкам.

Маринка схватила меня за локоть и выволокла на улицу, успев прощебетать что-то на прощание.
Читайте фрагмент целиком.
О книге


Издательство: Эксмо, 2017 г.
ISBN: 978-5-699-96770-4
Кол-во страниц: 352
Тираж: 3000
Тип обложки: Твердая глянцевая
Редактор: Малкин Д.
Возрастные ограничения:16+
Масса: 278 г
Размеры: 206x131x24 мм

Перейдите к роману «Эпоха лишних смыслов», всем произведениям или на Главную.